Союз между королевствами не гарантирует полного согласия. Даже при самом тесном альянсе в дворцовых покоях, освещённых тусклым светом, плетутся интриги, а тени прошлого не исчезают.
Господи, Оля, когда ты собиралась сказать мне, что планируешь рожать? Муж возмущается, пока я корчусь от боли. Мне не до него - я жду скорую, ведь теряю малыша прямо в эти секунды.
Этот мир болен тремя хворями. Первая – сладкая отрава Горынычей, что дарит забвение и отнимает душу. Вторая – холодный мёртвый порядок Железного Князя, что превращает живое в механизм.
Старые враги забыты, но новые подстерегают на каждом шагу. Чтобы осуществить задуманное, МиГере предстоит пройти через все испытания и по-настоящему обнять космос. Старые враги потеряли Мигеру из виду, зато новые не дремлют.
Поздно бежать, Лора. Раньше думать надо было. Я ведь понятия не имела, что ты... ты такой, — мой голос дрожит, когда я делаю шаг назад, но упираюсь спиной в стену.
Как известно, инициатива почти всегда наказуема, и барон Мэтью Даттон получил возможность в этом убедиться на личном опыте. Идея открыть в почти непроходимом Ривенгольском лесу таверну для людей и зверей была одобрена, и теперь Мэтью, привыкший к беззаботной и вольготной жизни, учится решать одновременно множество задач.
«…Пишу нечто „прощальное“, некий роман-хронику сорока лет русской жизни», – писал М. Горький, работая над «Жизнью Клима Самгина», которую поначалу назвал «Историей пустой жизни».
